Лыжная секция

Владимир Славский

Владимир Славский / Vladimir  Slavsky

Биография

– Возможно, для кого-то это откровение, но в последние годы в Европе прыжки на лыжах по популярности оставили сзади все другие зимние дисциплины. На соревнованиях «летающих» лыжников собирается до семидесяти тысяч зрителей. А города, имеющие трамплины, практически в очередность выстраиваются за правом принять очередной период Кубка мира. К сожалению, тот самый сильно зрелищный картина у нас находится на задворках, не пользуется вниманием спортивного руководства. Похоже, на нас легко махнули рукой. А я ещё помню, что, когда выступал Гарри Напалков, свойский чемпион мира, на волжских откосах негде яблоку было рухнуть.

– То есть у прыгунов, как, хотя вообще-то, и у двоеборцев, есть чем и кем гордиться?

– Конечно, Киселев, Гусаков и Леванди в разное время становились призерами Олимпийских игр в двоеборье. Сравнительно недавно, в Нагано, Столяров выиграл «бронзу». У прыгунов заслуг поменьше, хотя Белоусов стал в Гренобле олимпийским чемпионом. Но и возможности у них ограничены. Чтобы вдалеке и прекрасно скакать, необходимо в летний отрезок времени произвести 800–900 прыжков. Только так разрешено изловить чувство полета, отшлифовать технику. А в России нет ни одного сертифицированного трамплина с искусственным покрытием. Кстати, и зимой мы соревнуемся на трамплинах, не отвечающих международным стандартам. Что в общем-то неудивительно: они построены в 70-е годы. Поэтому планировать на громкие победы мы ныне не можем.

– Вероятно, это и есть одна из причин, из-за которой вас не жалуют в высоких инстанциях и финансируют по минимуму?

– Но без затей так ничего не бывает. Сначала надобно вложиться, а уж после этого дожидаться результатов. К счастью, наша тренерская учебное заведение сберегла традиции, а некоторых тренеров до сих пор приглашают поработать за рубежом. Благодаря поддержке местных властей, а главное – работающим там энтузиастам прыжки и двоеборье культивируются в двадцати регионах.

– На энтузиазме вдали не уедешь, в вашем случае – не улетишь…

– Вы правы. Иногда и в самом деле хочется все кинуть. Я потому как во главе федерации уже десять лет. И все это время, извините, приходится крутиться-вертеться. Чтобы нарыть необходимые средства и не сдернуть тренировочные сборы. Для полноценной подготовки только сборных команд необходимо 600 тыс. евро в год. А ещё инвентарь, экипировка...

– И все же что-то вас удерживает?

– Я – прагматик и отдаю себе рапорт в том, что раньше времени или поздненько (лучше бы, конечно, поскорее) на прыжки и двоеборье обратят серьезное внимательность. Поясню. Россия исподволь теряет лидерство в некоторых стопроцентно выигрышных зимних видах. Возьмите те же лыжи или биатлон. И чтобы по крайней мере на равных противоборствовать за призовое общекомандное местоположение на Олимпиадах, придется подтягивать остальные.

– Но в Турине на ваших подопечных полагать не приходится?

– Если продуктивно применять предолимпийский период, то прыгуны могут в Италии мило поразить. Впервые за последние годы федеральное Агентство по физкультуре и спорту обещает не обделить финансами. Очень надеемся, что проявит себя Дима Васильев. Он вернулся в сборную следом дисквалификации и рвется в махач. По характеру чувак – вождь, а мастерства ему не занимать. По крайней мере на этапах Кубка мира он уже бывал в призерах. Есть на подходе талантливая молодая поросль, но я бы не спешил выдавать авансы. В двоеборье команда обновилась без малого на сто процентов. Если все будет в порядке, вчерашние юниоры заставят себя чтить. Из ветеранов остался только житель столицы Баранников. Да и большинство молодых двоеборцев – воспитанники московского училища олимпийского резерва, которое из года в год готовит перспективных спортсменов.

– Почему в таком случае не слышно об успехах этих ребят на международной арене?

– В своем возрасте они посреди лидеров, а серьезные победы появятся, как только заработают обещанные трамплины. В макете они уже как бы готовы. Фактически же к строительству ещё не приступали. Замечу попутно: у нас есть договоренность с международной лыжной федерацией о том, что Москва получит юниорский чемпионат мира в самое ближайшее время. При наличии соответствующей базы, конечно.

– Что имеется в виду?

– Трамплины должны откликаться современным требованиям. Вытянутая длина разгона, установленный профиль, секьюрити при приземлении… Именно такие сооружения возведены к Олимпиаде в Италии. Они больше мощные, скоростные и вместе с тем сводят к минимуму травматизм спортсменов. На тренировках прыгуны улетают за 140 метров! Зимой в рамках предолимпийской недели мы их также опробуем. А со временем ожидаем появления подобного комплекса и в Москве, в районе Нагорной улицы (такое заключение приняло руководство Москвы).

– До сих пор, по-моему, там проводились соревнования лыжников-гонщиков...

– Совершенно справедливо. Но рельеф (не невзначай это местоположение называют московскими Альпами) позволяет разместить тут единый физкультурный комплекс: три трамплина мощностью 120, 90 и 70 метров, лыжный стадион, а ещё все, что необходимо для подготовки юных двоеборцев и прыгунов.

– На словах крайне заманчиво, а что все-таки тормозит начало строительства?

– Как завсегда, отсутствие финансирования. Я уверен: довольно Юрию Лужкову припомнить о своем принципиальном решении, и все наладится.

– Сооружение трамплинов в Москве решит все проблемы?

– Нет, конечно. На днях я вернулся из Ханты-Мансийска. Возил туда руководителей архитектурного бюро из Германии. Если местные власти дадут добро, эти специалисты совместно со строителями готовы начать к реализации своего дизайн-проекта. Причем посреди желающих поработать в России и австрийцы, финны, представители других стран. Одновременно продолжается реконструкция устаревших сооружений в Междуреченске и Нижнем Новгороде. Поддержали нашу инициативу о создании современной базы в Татарстане и Нижнем Тагиле. Но покуда это планы, до их реализации заурядно дистанция огромного размера.